Британия лидирует по привесу

Великобритания входит в десятку наиболее развитых стран мира, занимая 8‑е место по объему ВВП. При этом ее население составляет менее 1% от мирового (на конец 2014 г. – 61,4 млн. человек).

Благодаря высоким темпам роста ВВП, положение Великобритании в мировой экономике в 2014 г. улучшилось по сравнению с 2013 г. По уровню глобальной конкурентоспособности Всемирного экономического форума в 2015 г.

Великобритания поднялась на одну позицию и заняла 9-е место.

Британия лидирует по привесу

По данным МВФ, Великобритания производит 2,4% (2000 г. – 3,6%) общемирового ВВП и занимает восьмое место в мире и второе в Европе (разделяет его с Францией) по данному показателю. Мировым лидером по производству ВВП в 2014 г. стал Китай, производящий 16,3% мирового ВВП, за ним следуют США – 16,1% и Индия – 6,8%. Россия находится на шестом месте и производит 3,3% мирового ВВП.

Британия лидирует по привесу

В 2014 г. объём ВВП Великобритании составил 1698 млрд.ф.ст. или 2802 млрд.долл.США, на душу населения приходится 37,9 тыс.долл.США. В 2014 г. рост ВВП составил 2,6% в годовом исчислении, что явилось самым высоким показателем среди стран ЕС.

В структуре британской экономики ведущим сектором является сфера услуг, которая создает 78,4% ВВП. Лидирующее положение в ней занимают финансовые и бизнес-услуги (30,7% ВВП), определяющие специализацию страны в системе международных экономических отношений.

Вторым по значимости сектором британской экономики является промышленность (создает 14,6% ВВП). Она представлена обрабатывающей отраслью (10,1% ВВП), горнодобывающим производством (2,3% ВВП), водо-, электро-, газоснабжением (2,2% ВВП).

На сельское хозяйство, которое удовлетворяет порядка двух третей внутренних потребностей в продуктах питания, приходится 0,6% ВВП, на строительство – 6,4% ВВП.

Великобритания является лидером в целом ряде областей. Ее приоритетными отраслями промышленности являются:

– фармацевтика. 45% новых лекарственных препаратов, производимых в Европе и используемых при лечении наиболее тяжелых заболеваний, – британские. Фармацевтические компании Великобритании разработали четыре из двадцати наиболее успешно продаваемых лекарств в мире, а также полусинтетический пенициллин, вакцины, лекарства от рака, астмы, артрита, мигрени;

– биотехнологии. Уступая по масштабам только США, британские исследования в области биотехнологий приобретают все большую научную значимость и масштабы.

Многие исследовательские проекты фокусируются на применении биотехнологий в фармацевтической, химической, пищевой промышленностях, сельском хозяйстве и охране окружающей среды.

Ведутся исследования в генотерапии и выращивании животных-доноров органов;

– авиакосмическая промышленность – первая в Европе и вторая в мире после США (17% мирового рынка). Великобритания – мировой центр производства двигателей, крыльев самолетов, композитных материалов, используемых в авиастроении. Емкость британского рынка изделий авиакосмической промышленности оценивается в 36 млрд.долл.США, а 70% производимой отраслью продукции экспортируется;

– нанотехнологии. Великобритания является одним из мировых лидеров в области нанотехнологий, располагая широкой сетью исследовательских институтов и университетов для проведения НИОКР. Число компаний, работающих в данной области, стабильно растет, в настоящее время в отрасли занято более 1,5 тыс. ученых;

– электроника. Британские компании лидируют в разработке и применении полупроводников. Эти материалы применяются во многих отраслях, включая производство лазеров для оптоволоконных материалов, микроволновых устройств для спутниковых телекоммуникаций;

– автомобилестроение. Более 40 ведущих автомобильных брендов мира, включая «Jaguar», «Land Rover», «Ford», «BMW», «Toyota», «Nissan» и «Honda», имеют свои производства в Великобритании;

– энергетика. Ведущие позиции Великобритании на международном рынке нефти, газа и продуктов нефтехимии основаны на имеющемся у нее обширном опыте в сфере промышленного дизайна и инженерного проектирования. Великобритания позиционируется экспертами в качестве партнера мирового класса в проектах по добыче и переработке в нефтегазовом секторе;

– пищевая промышленность. На Великобританию приходится 60% европейского рынка охлажденных продуктов питания. Она известна своими технологиями упаковки продовольствия, производством экологически чистой «здоровой» пищи;

– креативные отрасли (дизайн и интерьер, архитектура, изобразительное искусство, музыка, компьютерные игры, программное обеспечение, публицистика, телевидение).

Великобритания занимает шестое место среди стран-членов ЕС по объему производства сельхозпродукции. Сельское хозяйство Великобритании в 2014 г. продемонстрировало уверенное развитие (рост 2,1% к предшествующему году, в 2013 г. наблюдалось падение на 5,6%).

Великобритания располагает третью всех европейских ресурсов по выработке ветровой энергии и занимает восьмое место в мире по ее производству. В 2002 г. в Великобритании был создан Центр новой и возобновляемой энергии (New and Renewable Energy Centre), который имеет возможности тестирования самых больших в мире турбин для ветровых станций.

База проведения НИОКР в Великобритании – вторая после США. На долю Великобритании приходится 4,5% объема всех научных исследований в мире.

Более 59% этих средств направляется в пять секторов – фармацевтику и биотехнологии; аэрокосмическую отрасль и оборону, компьютерные технологии; банковскую сферу и автомобилестроение. Восемь из 50 наиболее известных в мире университетов расположены в Великобритании.

Высокий научный потенциал обеспечивает британские центры НИОКР зарубежными заказами. 45% затрат на НИОКР, осуществляемых в Великобритании, финансируются зарубежными компаниями.

В стране публикуется более 9% от мирового объема научных работ, индекс цитируемости их авторов превышает 12%.

Ежегодно 29% компаний осваивают выпуск новых продуктов, 19% внедряют новые технологические процессы и 66% вовлечено в инновационную деятельность.

Университеты страны выпускают 9,4% от общего количества специалистов стран-членов ОЭСР с квалификацией «доктор наук» (Ph.D). Самое большое число лауреатов Нобелевской премии – выпускники Кембриджского университета.

В 2014 г. кредитный рейтинг Великобритании, сниженный в начале 2013 г. ведущими рейтинговыми агентствами, был поднят агентством «S&P» до прежнего наивысшего уровня «ААА» со стабильным прогнозом (текущие рейтинги «Fitch» и «Moody’s» – «AA+» и «Аа1», соответственно).

Для повышения конкурентоспособности экономики Великобритании правительство в качестве приоритетов своей экономической политики определило создание одного из наиболее благоприятных для ведения бизнеса налоговых режимов среди стран «Большой двадцатки». В настоящее время налог на прибыль корпораций в Великобритании составляет 20%, а к 2020 г. ставка будет снижена до 18%. Это делает Великобританию страной с наиболее привлекательным бизнес-климатом в мире.

По данным Всемирной торговой организации, Великобритания является крупным мировым экспортером и импортером товаров и услуг, но ее доля в мировой торговле за последнее десятилетие снижалась и составляет в настоящее время в мировом экспорте товаров 2,5%, в их импорте – 3,8% (11-е и 6-е места в мире, соответственно).

В 2014 г. внешнеторговый оборот Великобритании сократился по сравнению с 2013 г. на 5% до 728 млрд.ф.ст. Экспорт снизился на 11% до 311 млрд.ф.ст., импорт – на 0,6% до 417 млрд.ф.ст.

Основными товарными рынками для Великобритании являются рынки механического и электротехнического оборудования, автомобилей, медицинской продукции и фармацевтики, продукции нефтепереработки и авиатехники.

Ведущим торговым партнером Великобритании является ЕС, на который в 2014 г. приходился 51% британского товарооборота. Главные торговые партнеры среди стран ЕС – Германия (12,5% товарооборота), Нидерланды (7,4%) и Франция (6,1%). Ведущими партнерами из других регионов являются США (9,7%) и Китай (7%).

В число наиболее значимых для Великобритании экспортных рынков входят ЕС (доля в экспорте – 48%), США (13%), Китай (5%), Гонконг (2,2%), Россия (1,3%) и Канада (1,3%). Ведущими торговыми партнерами Великобритании по импорту в 2014 г.

были страны ЕС (доля в импорте – 53%), Китай (8%), США (7,8%), Гонконг (1,6%), Россия (1,4%). Россия входит в список 20 ведущих внешнеторговых партнёров Великобритании, занимая в 2014 г. 18-е место (в 2013 г.

– 13-е) с удельным весом в британском товарообороте 1,4%.

Великобритания – второй после США экспортер услуг, на нее приходится 6,4% их мирового экспорта. Доля Великобритании в мировом импорте услуг составляет 4,2% (5-е место в мире после США, Германии, Китая и Японии).

Страна находится на третьем месте по обороту торговли услугами среди партнеров России из стран дальнего зарубежья (после Турции и Германии). При этом она – первый партнер России по экспорту услуг (4,6 млрд.долл.США в 2014 г.

) и четвертый – по импорту услуг (6,2 млрд.долл.США).

Однако, роль Великобритании в мировой экономике намного больше, чем об этом можно судить по данным о ее доле в глобальных ВВП или экспорте.

Она располагает огромными инвестициями за рубежом, по размерам своих активов и обороту многие британские компании лидируют среди компаний Западной Европы, Японии и США.

Из 500 ведущих компаний мира (по списку журнала «Fortune») – 25 фирм являются британскими.

В Лондоне находятся важнейшие товарные и фондовые площадки мира. Среди них – Лондонская фондовая биржа, Лондонская биржа металлов, Международная нефтяная биржа, Балтийская биржа (торговля судами) и Лондонская международная биржа финансовых фьючерсов и опционов.

Страна занимает лидирующее место в мире по торговле металлами (90% продаж, 2014 г.), по обороту на фондовом рынке (70%), по объемам фрахтования судов (50%), по торговле деривативами (49%) и валютным операциям (41%).

Великобритания сохраняет доминирующее положение на мировом рынке финансовых услуг и является лидером в их мировом экспорте. Доля финансового сектора в ее ВВП в 2014 г. составила почти 12%, это больше, чем в США и Японии.

Великобритания является ведущим центром исламских финансов среди европейских стран с активами более 19 млрд.долл.США и 20 банками, шесть из которых имеют 100% шариатский капитал.

В лондонском Сити, занимающем примерно одну квадратную милю, расположены офисы более 250 иностранных банков (треть из них – банки стран еврозоны), это больше, чем в любом другом финансовом центре мира. Они управляют половиной активов банковского сектора Великобритании. Британские банки проводят операции по 150 млн. индивидуальных и корпоративных счетов.

Читайте также:  Российские эксперты представили замену грудного молока для укрепления иммунитета

В 2015 г. Лондон вернулся первое место в рейтинге конкурентоспособности мировых финансовых центров, составляемом компанией «Z/Yen Group», опередив Нью-Йорк. Лондон – крупнейший в Европе центр хеджирования. Порядка 800 хедж-фондов находится в Великобритании, и 85% их активов (более 340 млрд.долл.США) управляется из британской столицы.

Лондон – важнейший ликвидный спотовый рынок золота, он также лидирует в области управления активами состоятельных людей мира, а лондонский валютный рынок – крупнейший в мире.

Совокупность юридических, бухгалтерских, управленческих и консалтинговых услуг притягивает в Лондон инвесторов и клиентов со всего мира. На Великобританию приходится 27% европейского рынка консалтинговых услуг. Британские рынки лизинговых услуг (включая лизинг самолетов, медицинского оборудования) и потребительского кредитования – крупнейшие в Европе.

Великобритания является ведущим европейским и третьим мировым страховым рынком, на нее приходится 21% мирового рынка морского страхования. Лондон является основным центром перестрахования (вторичного страхования).

В стране работает порядка 20 тыс. аудиторских компаний, офисы более 200 иностранных юридических компаний находятся в Великобритании. По мнению экспертов, прозрачное и гибкое британское право удовлетворяет требованиям современного бизнеса.

Поэтому британское законодательство широко используется при подготовке международных контрактов, а Великобритания стала одним из центров решения проблемных коммерческих вопросов в случае нарушения их условий (более 5 тыс.

международных споров ежегодно).

Великобритания считается одним из крупнейших мировых выставочных центров.

Здесь проводится до 1000 различных отраслевых выставок в год, в том числе более 10 выставок, получивших общемировое признание, таких, как «Всемирная туристическая выставка», «Международный авиасалон «Фарнборо», «Всемирная выставка оборонных систем и вооружений», машиностроительная выставка, ювелирная, винная, книжная, автосалон и другие.

Лондон – крупнейший торговый центр мира, конкурирующий с Токио, Нью-Йорком и Парижем (в нем более 26 тыс. магазинов). Из 250 всемирно известных торговых марок 138 имеют свои магазины в Лондоне.

Британия вцепилась в Украину мертвой хваткой

10.01.2022 13:18

Британия лидирует по привесу

Великобритания значится среди пяти главных стратегических партнёров Украины наряду с США, Канадой, Германией и Францией. Министр иностранных дел Великобритании Лиз Трасс по этому поводу заявила в интервью «Европейской правде»: «…наши отношения ещё никогда не были так крепки, как сегодня»

Она напомнила, что Лондон увеличил до £3,5 млн на поддержку торговли с Украиной в приоритетных отраслях экономики («зелёная» энергетика, инфраструктура), британские инструкторы обучили 20 тысяч украинских военных. В 2022 году Великобритания и Украина проведут Сезон культуры, чтобы подчеркнуть верность союзническим отношениям.

Не сказала министр только ничего про геополитическую подоплёку такого внимания к Украине. А она такова, что Украину Лондон одновременно использует для дестабилизации обстановки и в России, и в Европе. Потому и отношения с Украиной «ещё никогда не были так крепки, как сегодня».

После выхода из ЕС Лондон не считает свои внешнеполитические интересы во всём совпадающими с общеевропейскими.

Существует англосаксонский геополитический союз США и Великобритании. Британцы – это дублёры американцев на мировой арене. Между ними как раз существует чёткая координация внешнеполитических усилий. Ни Лондон, ни Вашингтон не заинтересованы в укреплении политического суверенитета ЕС. Он для них конкурент.

Если это произойдёт, ведущей европейской державой станет Германия – с перспективой дальнейшего франко-германского альянса, который будет противостоять англосаксонскому влиянию. Великобритания – ближайший партнёр США в Европе, и её внимание к Украине ничего доброго Украине не сулит.

Лондон намеренно продвигает в информационном пространстве тему членства Киева в ЕС и НАТО. Громче него об этом трещат только верные слуги США в Восточной Европе – Польша, Румыния, Литва, Латвия, Эстония.

Брюссель явно не в состоянии принять Украину в эти структуры, ни политически, ни финансово.

Такая Украина в руках Великобритании – «троянский конь», который стучит копытами у порога европейской конюшни, пугая тамошних конюхов.

Украина отягощает Европу своим соседством, лишает её определённой доли геополитического суверенитета, поскольку украинский кризис даёт Вашингтону и Лондону повод присутствовать в Европе и политически, и в военном смысле, не позволяя Европе развернуть плечи.

Надо при этом понимать, что и в самой европейской политике существует расслоение и переплетение интересов и взглядов. Венгрия против усиления англосаксонского влияния в Европе, Польша, Румыния и Прибалтика – «за».

В Германии часть политикума работает на интересы Вашингтона, а часть ставит целью избавление Германии от англосаксонской зависимости. И украинский вопрос находится внутри этих хитросплетений.

На данном этапе британцы вкладывают ресурсы в реформирование системы государственного управления Украины через проектную деятельность таких организаций как Good Governance Fund, British Council, Conflict, Stability and Security Fund и др. Также Лондон намерен финансировать на Украине «независимые СМИ».

Как это у него получается, видно на примере Белоруссии. Британцы выделили £5 млн на функционирование вещавшего на Белоруссию польского канала «Белсат».

Канал занимался осквернением памяти Победы Советского Союза в Великой Отечественной войне, пропагандировал прозападные настроения, а во время попытки госпереворота в 2020 году против президента Александра Лукашенко открыто поддержал путчистов.

На Украине Лондон создаст похожий ансамбль информационных ресурсов. Их задачей будет реконфигурация сознания украинских граждан в прозападном ключе.

Такие подконтрольные СМИ – удобный рычаг для Лондона, который он всегда сможет применить в будущем, если кто-то из украинских президентов вздумает проводить действительно суверенную политику и решится на нормализацию отношений с Россией и Белоруссией.

Финансовая помощь украинскому военному флоту от Лондона – тоже тонкий расчёт. В ноябре 2020 года Лондон объявил о намерении восстановить статус Великобритании как первой морской державы в Европе.

Но для этого британцам надо не позволить России развивать свой флот. С этой целью британцы провозглашают курс на сдерживание России в Арктике и Восточной Европе.

Украина в этой стратегии – пешка, которую Лондон использует в своих интересах.

Украинский флот настолько немощен, что не представляет для британцев никакой угрозы. Зато в качестве раздражающего инструментария, направленного против России, он вполне подходит.

Речь не о прямом боестолкновении, в котором у украинских кораблей шансов ноль, а о политике постоянных антироссийских скандалов, истерик, провокаций и демаршей в исполнении военно-морского командования и руководства Украины.

Кроме Украины, Лондон видит в качестве своих союзников на этом поприще Турцию, Грецию, Болгарию, Румынию и Грузию. Но Болгария не страдает русофобией.

Остаются Румыния, Турция, Украина и Грузия, их для полного контроля над черноморской акваторией недостаточно. Но Лондон старается.

Между Турцией и Грецией наблюдается обострение отношений из-за Кипра, что тоже не на руку планам Великобритании вовлечь обе страны в антироссийский союз.

Ведущей внешнеполитической задачей Великобритании является сохранение её влияния в Европе после выхода из ЕС. Это подразумевает сохранение участия Лондона в принятии ключевых решений по вопросам безопасности и экономики.

Премьер-министр Борис Джонсон заявил, что сейчас Лондон занимается самым масштабным пересмотром внешнеполитической и военной доктрины со времён холодной войны.

В рамках такого пересмотра британцы разработают обновлённое видение достижения геополитического господства в стратегически важных регионах мира, в Европе том числе.

Ситуация напоминает XIX век, когда Британская империя вела против России так называемую Большую игру (Great Game), опасаясь усиления российского присутствия вблизи своих колоний в Азии. Большая игра охватывала полукольцом территорию Российской империи – Восточную Европу, Чёрное море, Кавказ, Среднюю Азию. Всё было так же, как сегодня.

И тогда, и сейчас британцы предпочитали сдерживать конкурентов руками дружественных стран и натравливая на Россию соседние народы. В нашем случае, Лондон «сдерживает Россию» на черноморском направлении за счёт Украины, на Кавказе – за счёт Грузии, на Балтике – за счёт Литвы, Латвии, Эстонии.

Самостийной Украине, как и остальным постсоветским республикам, от столь безропотного подчинения интересам Великобритании никакой выгоды нет. Но на то она и самостийная, чтобы под лозунги о самостийности служить политическим придатком в руках западных держав.

Обо всём этом Лиз Трасс в своём интервью умолчала в надежде на то, что граждане Украины не догадаются о том, насколько цинично Лондон использует Украину в целях, запредельно далёких от интересов самой страны.

Владимир Дружинин, «Одна Родина»

ВСУ стягивают вооружение к линии разграничения в ЛНР

Как британцы навязали свои порядки всему миру

За последнее столетие слово «империя» и все, что с ним связано, воспринимается однозначно негативно. Любую империю принято считать злом, противоречащим свободе и демократии.

Империализм ассоциируется с работорговлей, жестокими войнами, эксплуатацией природных ресурсов, угнетением народов, расизмом и шовинизмом. Британский экономист и историк Ниал Фергюсон подвергает сомнению столь однозначную оценку.

В книге «Империя» он выступает с апологией «либерального империализма», предлагая максимально объективно оценить достижения и поражения Британской империи.

В период расцвета Британская империя, крупнейшая в новой истории, занимала четвертую часть суши и управляла четвертой частью мирового населения.

«Они покорили и заселили полсвета, как бы сами не отдавая себе в том отчета» — так характеризовал Британскую империю XVIII века Джон Сили, автор бестселлера викторианского времени «Расширение Англии». Действительно, формирование великой империи предстает скорее случайным, чем закономерным.

Читайте также:  Семена амаранта: польза, вред и как принимать

Все потому, что не абстрактная государственная политика, а частные устремления были движущей силой расширения Британии. Политика была следствием экономических интересов, религиозных убеждений и личных устремлений конкретных людей.

Еще в конце XVI века Англия существенно отставала от Франции, Испании и Португалии в темпах освоения Нового Света, а от Голландии — в торговле и финансах. За 200 лет Британия превратилась из страны, находящейся на периферии европейской политики, в ведущую мировую державу.

Узаконенное пиратство со времен Фрэнсиса Дрейка укрепило британский флот и сделало Англию абсолютным хозяином моря.

А финансовые институты, такие как Центральный банк и система обслуживания государственного долга, которые Англия приобрела у голландцев, сделали страну экономическим лидером.

В процессе расширения Британской империи экономика всегда шла впереди политики. До конца XVIII века Индия управлялась сотрудниками Ост-Индской компании, которая обладала собственными поселениями, дипломатами и даже войсками.

Колонизация Африки в XIX веке активно поддерживалась капиталами семейства Ротшильд. А покупка акций Суэцкого канала на долгие десятилетия стала для империи инструментом контроля за ситуацией в Египте.

Британская империя началась с экономики и ей же и закончилась, когда после Второй мировой войны под грузом внешнего долга она больше не могла содержать свои обширные колонии.

Другим важным инструментом расширения империи была миграционная политика. Жителям Британии было слишком тесно (или бедно) на небольшом острове в Атлантическом океане. Одни уезжали в поисках новых экономических возможностей, другие искали свободы. За политическими свободами уезжали в Северную Америку или Австралию.

Путь к свободе от предрассудков викторианского общества вел на восток. А переселенцы с корабля «Мейфлауэр», в честь которых отмечается День благодарения, и вовсе бежали от земных грехов к свободе благочестивого мироустройства.

С начала XVII века до 50-х годов XX века Британские острова покинули более 20 млн человек (треть населения нынешней Великобритании).

На заокеанских территориях начали складываться очаги британской культуры.

Если в XVIII веке британская политика в Индии скорее была нацелена на межкультурную интеграцию, то в XIX веке империя сформулировала просветительскую миссию по отношению к колонизированным территориям, из эксплуататора превращаясь в защитника и покровителя отсталых государств.

Нравственный императив двигал сотнями миссионеров, которые отвечали за британскую культурную экспансию среди туземцев и боролись с работорговлей на африканском континенте. Одним из них был путешественник Давид Ливингстон.

Благодаря торговцам, мигрантам и миссионерам стала возможна, по определению Фергюсона, «глобализация без канонерок». Британское военное преимущество было важным, но не определяющим фактором стабильности империи.

В период расцвета Британской империи в конце XIX века расходы на содержание армии не превышали 3% ВВП. При этом Британия обладала самым мощным и современным флотом, угольные базы для которого были разбросаны по всему миру.

Но империя контролировала колонии скорее благодаря гибкой политике и современной инфраструктуре. Именно во времена британского доминирования континенты опутали железные дороги и телеграфные линии.

Совокупность этих факторов позволяла сдерживать рост национальных освободительных движений. Ведь получив прививку британской культуры и образования, колониальная элита хотела большего — ответственного правительства.

В итоге не национальные освободительные движения привели к краху Британской империи, а, как предсказывал Адольф Гитлер накануне Второй мировой войны, новые претенденты на мировое доминирование — Германия, Япония, Россия. Падение империи было стремительным — то, что создавалось три века, распалось буквально за три десятилетия, оставив метрополии несколько «сувениров» на память о былом могуществе.

Британия лидирует по привесу

Однако и сегодня Британская империя не менее реальна, чем столетие назад. Имперским наследием для многих ее колоний стали английский язык, образование, культура, инфраструктура, прецедентное право, институты государственного управления. Дух великой Британии и сегодня чувствуется в разных частях земного шара от Бостона 
до Сингапура и от Дели до Канберры.

Но главным цивилизационным экспортом Британской империи, по мнению Фергюсона, стала идея свободы. Британия осуществила первую попытку глобализации — во времена всеобщего увлечения протекционистской политикой, задолго до появления ВТО и МВФ.

Хотя империя часто была небезупречна по отношению к свободе личности, она, безусловно, покровительствовала свободной торговле, движению капитала и свободному труду, а также поощряла масштабные инвестиции в инфраструктуру своих колоний. Этим «старая добрая Англия» еще в конце XIX века выгодно отличалась от империй-конкурентов.

В определенной степени империализм Британии устарел, будучи слишком джентльменским для нового мира «реальной политики». И Ниал Фергюсон не скрывает своей ностальгии по тем временам.

Книга «Империя» была впервые издана в 2003 году, до начала военной кампании США и союзников в Ираке. Завершение холодной войны, казалось, уничтожило последнюю «империю зла». Однако «конец истории» продлился недолго. У международного сообщества и наднациональных структур не хватает финансовых и военных ресурсов для реакции на угрозы мировому порядку.


По мнению Фергюсона, ситуация требует появления новой «либеральной империи» — арбитра международных отношений, который вмешивается в дела неправедных режимов и несет в нецивилизованный мир ценности демократии и свободы, как это делала Британия на протяжении столетий. Сегодня играть эту роль могут только Соединенные Штаты.

И фактически США уже ее исполняют, признают они это или нет.

Провокационные выводы Фергюсона могут вызвать одобрение или острое неприятие. Фантомные боли имперского величия знакомы российскому читателю не меньше, чем британскому.

Но как ни относись к апологии нового империализма,  «Империя» — это в первую очередь блестяще написанный исторический нон-фикшн, в котором живые характеры и судьбы переплетены с мировой политикой.

Фергюсон доказывает: роль историка не в том, чтобы канонизировать историю, а в том, чтобы сделать ее живым предметом для размышлений.

Об авторе: Ниал Фергюсон

Британский, или, как подчеркивает сам Фергюсон, шотландский историк. Профессор истории в Гарвардском университете. Сотрудничает также с Оксфордским и Стэнфордским университетами.

Автор нескольких книг-бестселлеров — «Война мира», «Происхождение денег», «Цивилизация: Запад 
и другие». Неоднократно признавался журналом Time «одним из самых влиятельных мыслителей современности». Автор множества телевизионных исторических фильмов.

Фергюсон — один из самых яростных критиков Барака Обамы и его политики.

Место Великобритании в мире

Переходный период закончен, пишет «Экономист», и Великобритания теперь окончательно вышла из Европейского союза. 24 декабря стороны договорились о торговом соглашении. Это, как считают в Лондоне, позволило уйти от потрясений, которые наверняка начались бы в случае полного отсутствия торговой сделки.

Однако принятое соглашение включает лишь минимальный список тем, обозначенных много месяцев назад. В него практически не входит сфера услуг, и оно станет лишь началом бесконечного торга и споров. Также, по настоянию Великобритании, в соглашение не были включены такие сферы, как международная политика и оборона.

Взирая со своего острова на «отдалившийся» континент, одинокая и покинутая всеми Британия задается серьезным вопросом: какую роль она должна теперь играть в мире.

Авторы статьи напоминают, что этот вопрос стоял перед страной в разные периоды ее многовековой истории, и в последние десятилетия ностальгия по потерянной империи и статусе великой державы часто овладевала сознанием британцев.

Членство в ЕС в некотором роде давало решение этой проблемы. Как говорил Тони Блэр (премьер-министр в 1997-2007 годах), Великобритания могла бы быть «мостом» между Америкой и Европой и при этом иметь влияние как в Вашингтоне, так и в Брюсселе.

Но теперь, признают в Лондоне, необходимо мыслить по-новому.

Британцы могли бы, как один из вариантов, принять факт понижения статуса их страны и перенести фокус внимания на внутренние вопросы. Таким образом Великобритания могла бы стать подобием Дании, привлекательной северной страны без претензий на великодержавность.

Показательно, что, согласно опросу, проведенному Ipsos-Moris, 38% британцев считают, что Великобритания «должна перестать притворяться влиятельной мировой державой», и лишь 28% с этим не согласились.

При этом эксперты верно замечают, что британцы не должны воспринимать преимущества наличия влияния как должное: чтобы получить выгоды, необходимо повлиять на мир так, чтобы он развернулся в сторону интересов Великобритании будь то в сфере торговли, изменения климата или демократии, используя, среди прочего, силу примера, как это делает Дания.

Правительство консерваторов говорит о «Глобальной Британии», что подразумевает амбиции, простирающиеся далеко за пределы Европы.

Однако спустя более четырех лет, прошедших после референдума, эта концепция все еще не более, чем лозунг.

Не наблюдается спешки и в подготовке «Комплексного обзора» вопросов внешней политики, безопасности, обороны и развития, который должен был быть подготовлен осенью 2020 года, а теперь ожидается в начале 2021 года.

Это, пишет журнал, вызывает чувство сожаления. Идея «Глобальной Британии» подразумевает под собой многое. Членство в НАТО, в G7, в G20, в Содружестве наций, постоянное представительство в Совете безопасности ООН — все это дает стране своего рода влияние. У Великобритании есть ядерное оружие и боеспособная армия, у страны будет второе место в НАТО после США по военным расходам.

Как убеждены британцы, у Великобритании, кроме того, большой ресурс мягкой силы, например, благодаря активным расходам на международную помощь и плодотворным усилиям ученых, которые успешно создают вакцины и разрабатывают схемы лечения от covid-19. В 2021 году Великобритания председательствует в G7 и принимает у себя саммит по изменению климата, — все это дает возможность выделиться.

В Лондоне считают, что после выхода из ЕС Великобритания может стать более активным игроком: не связанная необходимостью консенсуса между всеми 27 членами ЕС, страна имеет возможность принимать более смелые решения, например, по введению санкций против деспотичной Белоруссии или по ускоренному одобрению вакцины против covid-19.

Читайте также:  Корень кудзу — польза и вред

Британия лидирует по привесуDie Welt23.12.2020The Guardian25.12.2020ИноСМИ26.12.2020Великобритания, возобновив торговые отношения со многими странами, от Японии до Турции фактически дискредитировала критиков. Авторы статьи полагают, что страна может использовать свой организационный потенциал «для разных добрых дел». Она может кооперироваться с группами близких по духу стран для защиты своих интересов: объединиться с Канадой для защиты свободы прессы или пригласить Австралию, Индию и Южную Корею на саммит G7, чтобы привлечь внимание к вопросам демократии. Как язвительно замечает «Экономист», теперь без бесконечных собраний в рамках ЕС у британских министров и дипломатов будет больше времени для деятельности вне Европы, в том числе в «Индо-Тихоокеанского направлении» — регионе, приобретающем во всех отношениях все большее значение, начиная с торговли и заканчивая безопасностью.

Эксперты убеждены: чтобы «Глобальная Британия» соответствовала этим ожиданиям, Борис Джонсон и его преемники должны решить некоторые серьезные проблемы.

В будущем влияние Великобритании в мире будет зависеть от ее успехов внутри страны, как, например, когда-то так называемые успехи «Тэтчеризма» и «Блэеризма» позволили Великобритании «прыгнуть выше головы».

Теперь что-то подобное сделать будет гораздо сложнее не только потому, что репутацию страны подпортило плохое управление в условиях коронакризиса. Одной из причин является экономика: в последнее время показатели были очень плохими, а выход из ЕС еще больше замедлит рост.

Другая причина политическая: недовольство Брекситом вызывает новые призывы к независимости в Шотландии и объединению Ирландии. Великобритания не будет восприниматься серьезно на международной арене, если начнёт разваливаться изнутри.

«Экономист» замечает, что Великобритания, кроме всего прочего, должна развивать политическую культуру для того, чтобы иметь возможность принимать трудные политические решения и придерживаться их.

Такие ситуации возникают постоянно, поэтому Британии нужно бороться с желанием пытаться сделать слишком многое.

Легко составить длинный список дел, которые необходимо сделать, намного сложнее решить, чего не делать.

По мнению авторов статьи, явно существует опасность взять на себя слишком многое. Так, например, решение отправить авианосец в Азию может выглядеть как впечатляющая демонстрация мощи, но это бессмысленно, когда источник возможной угрозы стране находится намного ближе.

При этом эксперты замечают, что Франции лучше удается концентрировать дипломатические ресурсы там, где они могут возыметь наибольший эффект, как, например, в африканском регионе Сахель.

По мнению экспертов, Министерство иностранных дел Великобритании после недавнего слияния с Министерством по вопросам международного развития могло бы перенаправить объединенные силы для того, чтобы быть лучше представленными в тех регионах, где они могут оказывать влияние.

Команда, отвечающая за приоритетную, как считается, задачу организации саммита по климату, выглядит крошечной по сравнению с командой-тяжеловесом, которую собрал Париж в преддверии заключения Парижского соглашения по климату, или командой, которую уже подбирает Джо Байден для своей администрации.

Некоторые признаки демонстрируют готовность правительства Бориса Джонсона к трудным решениям, примером тому является принятое недавно болезненное решение сократить помощь другим государствам с 0,7% от ВВП до 0,5%. Другой пример — планируемый рост оборонных расходов с акцентом на усиление таких сфер, имеющих глобальное значение, как средства проведения киберопераций и военно-морские силы.

Что касается Китая, то в спорах между теми, кто делает акцент на инвестициях, и теми, кто на первое место ставит безопасность и отношения Великобритании с Америкой, верх берут настроенные скептически к Китаю.

Об этом свидетельствует все более жесткая риторика по вопросам обороны, решение отстранить «Хуавэй», китайский телеком-гигант, от сооружения сетей 5G в Великобритании, а также резкая реакция на репрессии официального Китая в Гонконге.

Однако снова на повестку встаёт Европейский вопрос. И здесь, как констатирует журнал, отношения с Европой — зияющая пропасть.

Тереза Мэй, бывший премьер-министр, стремилась к «амбициозному партнерству» c ЕС в сфере международной политики и безопасности.

Борис Джонсон предпочитает работать ad hoc — решать узкие задачи в рамках НАТО, двусторонних отношений или в формате «Большой тройки» с Францией и Германией, что хорошо, но недостаточно масштабно.

Британские эксперты делают вывод: история показывает, что Великобритания в конце концов опять будет возвращена в Европу. Общие интересы и необходимость объединить ресурсы говорит о необходимости партнерства.

Как бы это ни казалось странным сторонникам выхода из ЕС, чем скорее бывший член союза избавится от своей недальновидности в отношении Европы, тем лучше перспективы для осуществления концепции «Глобальной Британии».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

Как Британия стала самой большой колониальной державой

 Русская семеркаРусская семерка

Англия одной из первых европейских стран вступила на путь индустриализации. Система протекционизма защищающая внутренний рынок от иностранной конкуренции к середине XVIII века обеспечила стране быстрый экономический рост. В конце XIX столетия когда мир был фактически поделен между крупными метрополиями Англия уже стала главным промышленным монополистом: в «мастерской мира», как называли Британию, производилась треть мировой промышленной продукции. Такие отрасли британской экономики как металлургия, машиностроение и судостроение лидировали по объему производства. При высоких темпах роста экономики внутренний рынок перенасыщался и искал прибыльного применения за пределами не только Королевства, но и Европы. Продукция и капитал с Британских островов активно потекли в колонии. Немаловажную роль в успехах Англии как колониальной империи сыграл высокий уровень технологий, которому английская экономика всегда старалась следовать. Различные инновации – от изобретения прядильных машин (1769) до установки трансатлантической телеграфной связи (1858) – позволяли Британии быть на шаг впереди конкурентов.

Англия постоянно пребывала в ожидании вторжения с континента, что заставляло ее развивать кораблестроение и заниматься созданием боеспособного флота. Разгромив в 1588 году «Непобедимую армаду» Фрэнсис Дрейк серьезно пошатнул испано-португальское господство на океанских просторах.

С тех пор Англия, пусть и с переменным успехом, укрепляла свой статус морской державы. Кроме Испании и Португалии серьезным конкурентом Англии на море выступала Голландия.

Соперничество двух стран вылилось в три англо-голландские войны (1651-1674), которые выявив относительное равенство сил привели к перемирию. К концу XVIII столетия у Британии на море оставался лишь один серьезный конкурент – Франция.

Борьба за морскую гегемонию началась в период революционных войн – с 1792 года. Тогда ряд блестящих побед над французским флотом одержал адмирал Нельсон, фактически обеспечив Англии контроль над Средиземным морем.

В октябре 1805 года Великобритания получила возможность утвердить за собой право именоваться «владычицей морей». В ходе легендарного Трафальгарского сражения британский флот одержал сокрушительную победу над объединенной французско-испанской эскадрой, убедительно продемонстрировав свое тактическое и стратегическое превосходство. Британия стала абсолютным морским гегемоном.

Для поддержания порядка и сохранения стабильности в колониях англичане были вынуждены держать там боеспособную армию. Используя свое военное превосходство Великобритания к концу 1840-х годов покорила практически всю Индию, население которой составляло почти 200 млн. человек.

Более того, английским военным постоянно приходилось выяснять отношения с конкурентами – Германией, Францией, Голландией. Показательной в этом плане была Англо-бурская война (1899-1902), в ходе которой британские войска уступая по численности силам Оранжевой республики смогли переломить ход противостояния в свою пользу.

Однако эта война запомнилась неслыханной жестокостью британских солдат, применявших «тактику выжженной земли». Особенно ожесточенными были колониальные войны между Англией и Францией. В период Семилетней войны (1756-1763) Англия отвоевала у Франции практически все ее владении в Ост-Индии и Канаде.

Французы могли себя утешить лишь тем, что вскоре Великобритания была вынуждена капитулировать перед США в ходе войны за независимость.

Англичане всегда были искусными дипломатами. Мастера политических интриг и закулисных игр на международной арене они зачастую добивались своего. Так, не сумев одержать верх над Голландией в морских сражениях, они дождались пока война между Францией и Голландией достигнет апогея, а затем заключили мир с последней на выгодных для себя условиях.

Дипломатическими методами англичане помешали Франции и России отвоевать Индию. Британский офицер Джон Малколм в самом начале русско-французской кампании заключил два стратегических союза – с афганцами и с персидским шахом, которые спутали все карты Наполеону и Павлу I. Первый консул тогда отказался от похода, а русская армия так и не дошла до Индии.

Зачастую английская дипломатия действовала не только хитро, но и угрожающе настойчиво. В ходе Русско-турецкой войны (1877-1878) ей не удалось в лице турков приобрести «солдата на континенте», и тогда она навязала Турции договор по которому Великобритания заполучила Кипр.

Остров был оккупирован немедленно и Британия приступила к созданию в Восточном Средиземноморье военно-морской базы.

Площадь заморских владений Великобритании к концу XIX века составляла 33 млн. кв. км. Для управления такой громадной империей нужен был очень грамотный и эффективный административный аппарат. Англичане его создали. Хорошо продуманная система колониального управления в себя включала три структуры – Форин-офис, Министерство колоний и Управление по делам доминионов.

Ключевым звеном здесь выступало Министерство колоний, которое распоряжалось финансами и занималось подбором кадров для колониальной администрации. Эффективность британской системы управления продемонстрировала себя при строительстве Суэцкого канала.

Жизненно заинтересованные в морском канале, сокращающем путь в Индию и Восточную Африку на 10 000 километров, британцы не жалели средств, вкладывая их в экономику Египта. Однако огромные проценты, которые получали инвесторы вскоре превратили Египет в должника. В конечном итоге египетские власти были вынуждены продать Великобритании свои акции в компании Суэцкого канала.

Часто британские методы управления в колониях приносили и большие беды. Так, в 1769 – 1770 гг. колониальные власти устроили голод в Индии, закупив весь рис, а затем продавая его по непомерно высоким ценам. Голод унес жизни около 10 млн. человек. Англичане также практически уничтожили промышленность Индии, завозя в Индостан хлопчатобумажные ткани собственного производства.

Колониальная гегемония Великобритании закончилась лишь после Второй мировой войны, когда на политическую арену вышел новый лидер – Соединенные Штаты Америки.

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector